Интереснейшие воспоминания  фронтовика Бориса Константиновича Павлова, а также фотографии присланы на сайт его сыном, Николаем Борисовичем Павловым.

На трёх фронтах

Воспоминания  Бориса  Константиновича  Павлова (1913-1995 г.г.)

На снимке: Б.К.Павлов. Волховский фронт.
28 мая 1943г.


  








Куртамыш. Учеба в Перми.

    Дед мой, Павлов Захарий Павлович, в 1857 году, в возрасте 12-ти лет, был прислан из Санкт-Петербурга, вероятно из какого-то сиротского приюта (через 87 лет мне придется участвовать в прорыве блокады этого города), на воспитание в крестьянскую общину села Долговка (сейчас Куртамышского р-на Курганской области), как говорили тогда: «на мiръ». За кров и еду он летом пас общественное стадо, а зимой помогал по хозяйству очередному крестьянину: убирал снег, навоз и т.д. Позже его отправили учиться, и он до своей кончины в 1905 году служил писарем Долговской волости.

Отец – Константин Захарович, окончил Благовещенскую (в Уфимской губернии) учительскую семинарию и до кончины в 1921 году работал заведующим Куртамышским Высшим начальным училищем. Мать – Анна Дмитриевна (Абалакова), была учителем начальных классов. Моя тетя Нина Дмитриевна, сестра Нина, жена Зоя Петровна (Статных) и многие другие родственники – педагоги. В течение 91 года в Куртамыше династия учителей Павловых не прекращала работу в школе, всего же все наши родственники-учителя имеют 220 лет педагогического стажа, из них 149 лет приходятся на Куртамышский район.


Б.К. Павлов. 1930г.

Следуя семейной традиции, после окончания в 1930 году Куртамышской девятилетки с педагогическим уклоном в возрасте 17-ти лет, я стал учителем начальных классов в деревне Жуково.За парты тогда садились и старые и малые: днями учил мальчиков и девочек, а вечерами – их родителей. Непривычно было, когда 50-летние мужики-ученики называли меня по имени-отчеству, потом привык. Жил на квартире у крестьянина – «цусимского» матроса, фамилии, к сожалению, я точно не помню, вероятно – Жуков, как и многие в деревне. Хозяин рассказывал мне, что он знал арифметику, поэтому служил артиллерийским наводчиком на броненосце «Ослябя», тонул, был в японском плену. Хитро посмеиваясь,он пересказывал мне старинную поговорку: «Служат: красивый в кавалерии,умный в артиллерии, пьяница на флоте, а дурак-в пехоте!».Конечно, в то время я и представить не мог, что судьба приведет в артиллерию.

   После первого года учительства, я понял, что знаний не хватает, поэтому решил продолжить образование в Пермском государственном университете им. Горького по специальности: аналитическая химия. Для того, чтобы заработать немного денег на учебу, я отправился на заработки к родственникам в Термез (Узбекистан). Там жила сестра Нина Константиновна, бывшая замужем за  связистом -сверхсрочником Александром Коробейниковым. Позже они всю жизнь жили в Челябинске.

Сначала я устроился работать буровым рабочим в геологоразведочную экспедицию. Работа в пустыне была очень тяжелой, и с каждым ударом кайла (кирки) мне все больше и больше хотелось продолжить образование. В дальнейшем освободилась вакансия учителя начальных классов, и я преподавал в школе со странным названием "Европейская Патто-Гиссарская". Из-за жаркого климата, басмачества и отдаленности здесь платили по тройным ставкам. От этого периода жизни в памяти осталась только страшная жара – из-за неё педсоветы проводили по ночам; многие преподаватели, ввиду отдаленности от центра, были из «бывших».


Пермский государственный университет им. Горького. 1936г. В центре - Б. Павлов

Отработав год в г. Термезе, я отправился поступать в Пермский государственный университет им. Горького. В годы учебы, 1932-1937, главным врагом студентов того времени был голод, многие не выдерживали и уезжали домой. Параллельно со мной в Пермском медицинском институте училась  моя родная сестра Валентина, поэтому нам вдвоем было как-то легче терпеть невзгоды.  Жили мы в общежитии барачного типа с печным отоплением, одна печь на две смежные комнаты. Поэтому девушки-студентки старались селиться через стенку с парнями, так как у самих притащить (приватизировать) со станции дрова, распилить, расколоть сил не было. Зато они старательно варили, гладили и чинили одежду соседям (бывали заплаты из-за общей бедности).

   Атмосфера в отношениях между студентами была товарищеская, многие преподаватели были настоящими интеллигентами, еще с Императорского университета. Так, один профессор, доставал из  кармана чистейший носовой платок, если не была приготовлена тряпка для стирания мела с доски. Состав студентов был неоднородным: пролетарии с рабфаков, дети служащих и учителей и очень мало детей «бывших», что не афишировалось в те времена, т.к. путь к образованию им официально был закрыт – лишенцы.  Элитарность общества все же чувствовалась. Например, вначале я по-куртамышски называл основной продукт питания – пшенную кашу - «просяной», что вызывало дружеские подколы и поправки у городских товарищей.

   Была непонятная для нынешнего времени одержимость в учебе: могли всю ночь ставить опыты, а утром идти на учебу. Многие студенты подрабатывали репетиторством, разгрузкой вагонов и барж. Из-за нехватки денег на каникулы я ездил домой только летом. Зимние каникулы посвящал тем же опытам, библиотекам, театру.

    Химия, как и физика, была в то время в преддверии величайшего научного и технологического взлета (атомного и ракетного века, века пластмасс и оргсинтеза), поэтому из сокурсников вышло много крупных ученых, лауреатов Сталинских премий, позже Государственных премий СССР, крупных организаторов производства. Так, сосед по общежитию стал доктором наук в 30 лет, открыв способ изготовления мыла из нефти, а бензина из угля. Одногруппник Чумаков С.Я. впоследствии стал директором НИИ, разрабатывающим ракетное топливо. Фамилии сокурсников встречались мне потом в газетах в связи с награждениями.

     В 1937 году я окончил ПГУ по специальности «Аналитическая химия» с присвоением квалификации мл. научного сотрудника и был направлен в г.Челябинск, где недолгое время работал преподавателем химии в Институте хозяйственников, созданного для хоть какого-то образования малограмотных «красных директоров», выдвинутых только из-за пролетарского происхождения. Затем уехал в Куртамыш к престарелой матери и работал учителем химии в средней школе.